View From Yale: “We Hoped to Integrate Russia on our Terms” (Thomas Graham, in Russian)

October 10, 2016

In an interview originally published on Lenta.ru (Лента.ру), Jackson Institute Senior Follow Thomas Graham speaks about U.S.-Russia relations, current affairs, and related issues such as Syria, China, and Ukraine. The interview was conducted as part of a conference “Rethinking Confrontational Narratives: New Approaches to Euroatlantic Relations in the Post-Soviet Period and the Future.” The interview was published on October 10, 2016.

Отношения между Россией и США стремительно ухудшаются. Стороны обмениваются политическими ударами: приостановка действия соглашения по оружейному плутонию, отказ от координации в Сирии, обещание российских военных сбивать самолеты, бомбящие позиции правительственных войск, и обсуждение в американском Конгрессе новых санкций против России. Возникает впечатление, что отношения между Москвой и Вашингтоном достигли сейчас низшей точки. О том, как это произошло и можно ли это исправить, «Лента.ру» побеседовала с профессором Йельского университета, бывшим советником президента США по России и Евразии Томасом Грэмом. Беседа прошла на полях конференции «Осмысляя противоборствующие нарративы: новые подходы к отношениям в Евроатлантике в период после окончания холодной войны и в будущем», состоявшейся 1 октября в НИУ ВШЭ.

«Лента.ру»: Сегодня общим местом стали рассуждения о том, что мир необратимо меняется, становится многополярным. Появляются новые игроки, изменяется баланс сил, распадаются казавшиеся нерушимыми блоки и альянсы. Какие глобальные процессы, на ваш взгляд, заслуживают особого внимания?

Грэм: Да, мир меняется, и этот процесс будет идти не один год. Это касается в первую очередь геополитики: поднимается Китай, кипит Ближний Восток — там активно перекраиваются границы, это может произойти и в других регионах. Евросоюз старается осознать себя заново и понять, зачем он вообще существует. В США в разгаре предвыборная кампания, и на пост президента всерьез претендует уникальный кандидат — Дональд Трамп. Россия пытается разобраться, куда ей двигаться дальше.

Но дело не в одной только геополитике. Сейчас мир переживает бурный процесс технологического развития. Великолепные новые технологии — к примеру, 3D-печать — полностью изменят в ближайшее время весь производственный процесс. Развитие интернета предоставило людям глобальный доступ к информации, и сейчас каждый человек формирует под себя информационную картину, собирает свой собственный мир, который слабо пересекается с миром других людей.

И на фоне этих стремительных и радикальных изменений мы вынуждены искать новый базис, новые возможности для развития российско-американских отношений. В течение 25 лет, после того как развалился Союз и окончилась холодная война, мы надеялись на интеграцию России в западный мир — на наших условиях. Очевидно, что для России это в данный момент неприемлемо. Россия считает себя великой державой, это страна с историей и традициями, со своими ценностями, которые лишь частично пересекаются с нашими. И как мы будем сотрудничать, по каким вопросам, с какими целями — это вопросы, которые нужно обсуждать, но о которых, к сожалению, говорят крайне мало.

Лента: В начале 1990-х, когда кончилась холодная война и пал железный занавес, большинство россиян относились к Западу позитивно. Люди надеялись, что новая Россия займет достойное место в мироустройстве. Эти надежды вскоре сменились чувством обиды — возникло ощущение, что мы можем бесконечно идти на уступки, но без какого-либо результата. Все жертвы России Запад принимал как должное, не считая ее ровней себе. Сейчас Москва ведет жесткую, в чем-то даже агрессивную политику на мировой арене. Вам не кажется, что к этому привели ошибки 1990-х, непонимание Западом того, что у России есть свои интересы и свои цели?

Грэм: Я не думаю, что имеет смысл обсуждать, кто виноват. По-моему, главное сейчас — понять, что именно тогда произошло, какие тогда существовали возможности и как мы их упустили. Огромные надежды тогда питали не только в Москве, но и Вашингтоне, и американцы, как и русские, искренне и честно хотели оставить проблемы в прошлом. Была надежда, что мы могли бы работать вместе, сотрудничать по многим вопросам, вместе создать новый, процветающий мир. Не получилось. Почему? Может быть, мы что-то не понимали о России? Может быть, вы не понимали нас? Политики обсуждали какие-то вопросы и приходили к итоговым договоренностям, а потом выяснялось, что эти договоренности они воспринимали по-разному.

Это очень трудная тема. Сейчас обе стороны обвиняют в крахе тогдашних надежд друг друга. Мне кажется, и вам, и нам нужно быть более самокритичными. Нужно проанализировать все эти сложные исторические процессы, разобраться в истоках наших решений и на основании этого уже выстраивать новый базис российско-американских отношений, учитывая, что русские и американцы имеют разные интересы, разное мировоззрение. Эта разница не означает, что мы не можем конструктивно сотрудничать в мире, где так много общих вызовов — разрушение стратегического баланса, распространение ядерного оружия, международный терроризм, изменение климата и тому подобное. Хочется — не хочется, нравится — не нравится, но мы с вами обречены жить на одной планете.

Лента: Сейчас наши отношения достигли едва ли не самой низкой точки за всю постсоветскую историю. Перезагрузка, на которую в 2008-м возлагали такие надежды, провалилась, наметившееся сближение рухнуло под грузом накопившихся проблем и взаимного разочарования. Насколько велик шанс, что эту тенденцию удастся преодолеть в ближайшее время? Может ли изменить ситуацию приход в Белый дом новой администрации?

Грэм: Мне кажется, что такие отношения, к сожалению, надолго. За последние 25 лет мы уже трижды проходили через этот цикл — сперва великие ожидания, затем глубокие разочарования. Если мы не можем интегрировать Россию в Запад, нужно подождать. Должно пройти время, которое необходимо использовать с умом, чтобы переосмыслить наши отношения в стремительно меняющемся мире. Надеяться на то, что наши отношения сразу улучшатся из-за того, что придет новая администрация в Белый дом, — это ерунда. Если мы хотим исправить их фундаментально, это потребует огромных усилий в течение долгого времени. Первый шаг — возобновить каналы общения между нашими странами, не только на официальном уровне, но и на неофициальном — между обычными людьми. Это необходимо для того, чтобы мы начали прямо обсуждать наши проблемы и честно артикулировать наши интересы.

Read the entire interview on Lenta.ru: https://lenta.ru/articles/2016/10/10/graham/